Где граница?
По большому счету, конфликт между таможней и Калининградской областью обусловлен некоторым парадоксом, появившимся в тот момент, когда наша область стала заграничной территорией. С одной стороны (и следуя Конституции), человек, переезжающий из нашего региона на, допустим, смоленщину, путешествует строго по России, а внутри страны недопустимы паспортно-визовые барьеры. То же касается и товаров.
С другой стороны, все граждане и все товары, пересекающие государственную границу страны, автоматически попадают под действие таможенных и пограничных правил — это аксиома, действующая во всем мире, и воспринимается она как нечто само собой разумеющееся. С этой точки зрения человек (или товар), выезжающий (вывозимый) из нашего региона в Литву, покидает территорию страны, куда бы он ни направлялся дальше, а человек (или товар), въезжающий (ввозимый) в РФ со стороны дружеского, но иностранного государства Беларуси, является въезжающим из-за границы, откуда бы он ни ехал.
Для нас, жителей российского эксклава, все это звучит довольно нелепо, а потому дальше начинаются различного рода исключения из правил, подзаконные акты, решения министерств и ведомств и даже федеральные законы, вроде закона об ОЭЗ, что-то там, в отдельных случаях, уточняющие и корректирующие. Но (и это самое главное), закона об эксклавах или о зарубежных территориях у нас нет, то есть статус у калининградщины такой же, как у смоленщины или вологодщины, а всякого рода исключения и оговорки — они сегодня есть, а завтра — тю-тю!
Ведь с чего все начиналось? С того, что по чисто политическим (успокоить народ) и по чисто экономическим (накормить людей) причинам Россия фактически открыла границу между Калининградом и Европой (по крайней мере — для товаров). Вообще-то довольно правильно: лучше калининградцы добудут себе пропитание рядом и сами, чем Россия станет их снабжать за полторы тысячи километров. Правда, никто почему-то не подумал, что жители региона могут и не ограничиться собственным пропитанием, а в другую сторону, в Большую Россию, граница практически открыта. И тогда появилась пресловутая «черная дыра».
Почем посолить?
Вот только одна история из многих ставших широко известными по всей стране (цитирую по газете «Московский комсомолец»): «Как известно, в России действуют строгие правила, ограничивающие ввоз импортного мяса: так называемые квоты, защищающие отечественного производителя.
Однако для Калининградской зоны было сделано исключение. “Залетевшая” в этот регион заграничная курятина уходила в Россию сверх всяких квот. Правда, с одним условием: ее должны были в Калининграде переработать, сиречь из обычной тушки создать какой-нибудь продукт — например, котлеты де-воляй.
По данным Минэкономразвития, в 2004 году через Калининградскую область в страну было сверх квот завезено 134 тыс. тонн мяса домашней птицы. Недополученные таможенные платежи и налоги составили около 35 млн рублей.
Если верить документам, вся эта птица — преимущественно курятина — подверглась в Калининграде детальной переработке. Но Счетная палата установила совсем другое.
Вся переработка, как правило, ограничивалась лишь одной-единственной несложной операцией: тушки разрубались на несколько частей и посыпались солью с перцем. А для того чтобы добавленная стоимость цыплят возрастала (по закону она должна достигать не менее 30 процентов от цены товара), ее попросту безнадежно завышали.
Порубка одного окорочка вставала, например, в 11 рублей. Щепотка бледной приправы, посыпанной на филе грудки, оценивалась уже в 28 целковых»
Ну, и так далее: про телевизоры и автомобили, про рыбу и сахарный сироп… На самом высоком уровне, почти официально, бытовала точка зрения, что Калининградская область превратилась в транзитный коридор, через который без уплаты таможенных налогов и сборов ввозятся товары на всю территорию России. И с этим что-то надо было делать!
Именно потому срочно начали готовить новую редакцию закона об ОЭЗ, а таможня устроила партизанскую войну на всех погранпереходах. Новые приказы и формы документации, ведомственные инструкции, различного рода переформирования и переименования сыпались градом, а препоны и кордоны росли как грибы: кто-то очень старался, чтобы жизнь в российском эксклаве медом не казалась. Те, которые в последние годы пересекали границу, — знают. Конечно, все калининградские губернаторы жаловались на таможню — но тщетно: наверху явно полагали, что губернаторы пекутся только об интересах своих граждан, а таможня, как умеет, воюет за всю страну. Многие еще помнят Верещагина с его знаменитым «Мне за державу обидно»!
Заигрались…
Впрочем, думаю, что не так уж все однозначно. С одной стороны, таможня в меру своих сил затыкала «черную дыру», с другой — таможенники прекрасно понимали: если у тебя десять запретов, то это десять возможностей взять взятку. А если запретов сто — то и возможностей сто. Чем больше на погранпереходе очередь, тем больше желающих ее обойти и тем дороже люди готовы за тот обход заплатить. Короче, очень скоро (и к тому же при негласной поддержке центра) таможня превратилась в одну из самых коррумпированных госструктур, абсолютно не зависящую от местных властей, то есть не обязанную считаться с мнением и интересами жителей региона.
Но тут появилась новая редакция закона об ОЭЗ! Можно по-разному относится к этому явлению, но сетовать на то, что он сильно ограничил калининградские льготы, бесполезно: он для того и делался. У государства был выбор: или потихоньку, подзаконными актами, самодеятельностью таможни и вообще любыми путями отжимать эти льготы одна за одной, или разом ограничить их с помощью нового закона, что и было сделано. Что-то, вероятно, можно и вернуть (например, областную растаможку), но только частично и ненадолго — пока где-то в центре нас снова не сочтут «черной дырой».
А вот таможня изменения ситуации не просекла — слишком уж увлеклась хапаньем. За что и пострадала: недели не проходит, чтобы таможенника не задержали, порой целыми сменами их гребут — а ведь раньше таможенникам и не такое с рук сходило. Но самое интересное не это, а те перемены, которые медленно, но происходят — на наших глазах. Например, предложение переподчинить калининградскую таможню непосредственно Москве или решение открыть у нас подразделение, занимающееся таможенным оформлением драгметаллов.
Надеюсь, никого не подведу, если предположу, что, де-юре оставаясь одной из областей РФ, мы де-факто перетягиваем на себя функции, по нашему статусу не положенные? Конечно, губернатор, как государственный чиновник, прямого вопроса о статусе калининградщины внутри РФ поставить не может, но народ мог бы — большие перспективы открылись бы в результате.
Но только сдается, что нынешним вождям несистемной оппозиции такая постановка вопроса не по зубам: они же понимают, что тогда совсем другие люди к руководству народом придут!
Kaлининград.Ru
ВКонтакте
Facebook
